Search
Рубрика
Вкусняшки

postheadericon Мода начала 2000-х в контексте художественной культуры позднего постмодерна

Postmoda

Для индустрии моды, сам феномен существования которой является порождением постмодернизма, основным акцентом становится нацеленность на потребление. «Если модернизм воспринимал предметы с позиции их производства, то постмодернизм воспринимает их с позиции потребления. То есть все формы искусства создаются с единственной целью «быть потребленными», такая позиция соотносится и с основной идеей постмодернизма в индустрии — расширение потенциальной аудитории потребителей» [5, с. 74]. Постмодернизм в индустрии моды реализуется и как особое направление творческой мысли с ее специфическими эстетическими предпочтениями и как новаторский подход к организации самого производственного процесса. Расширение границ, характерное и для проявлений постмодернизма в моде, сводится не только к тому, что «одежда больше не имеет ничего общего с социальной иерархией» [6], но и костюм отныне не выявляет половых различий. Идолами современного подиума становятся модели-андрогины: Данила Поляков, Андрей Пежич и др. Их красота универсальна, они одинаково хорошо подходят для выражения женских и мужских образов. Ничто уже не является для нас вызывающим. Обнаженная модель в прозрачной одежде больше не производит такого фурора как тридцать лет назад. Женское тело перестало являться объектом желания. Во многом женщины становятся подобны мужчинам [6].
В сложившихся социальных условиях полного равенства полов красота андрогина, ставшая музой для таких дизайнеров, как Александр Мак Куин, Жан-Поль Готье, Джон Гальяно, Жан Франко Ферре и Вивьен Вествуд, становится не только продуктом творческого осмыс ления существующих реалий западного общества начала XXI столетия, но и поиском нового идеала. Так, например, выход Андрея Пежича на подиум в свадебном платье (что является знаком высокой чести для любой женщины-модели) в финале показа «от кутюр» весенней коллекции 2011 г. от Жана-Поля Готье символизирует не только торжество андрогинной моды, но и является актом «постмодернистской усмешки» современного художника. Искушенная европейская публика сегодняшнего дня не многим отличается в своих предпочтениях от современников Оскара Уайльда, для которых пение механической птицы было лучше пения живого соловья. В 2000-х идеальным женским образом становится модель-мужчина. Ценностный смысл этой обоепол ости в контексте постмодернизма проявляется не только в предпочтении к искусственности (которая по-прежнему лучше природы), но и в воплощении моды в визуальном образе, свободном от дуализма полового различия. Такой образ не вызывает низменных плотских желаний, но при этом обладает необходимой для привлечения внимания широкой аудитории провокативностью, а следовательно, и потенциалом к высоким продажам. В эстетическом смысле транссексуальность в индустрии моды является продолжением «игры знаков», «маскарада после оргии» [4, с. 32], с этической точки зрения — андрогин как свободное от половых различий высшее существо становится воплощенным желанием утраченной чистоты и невинности для развращенного поколения постмодернизма.

Дюсупова И.Н.
Санкт-Петербургский государственный университет культуры и искусств

Comments are closed.

Яндекс.Метрика